ДИССИДИУМ
Книга первая — РОЖДЕНИЕ
Часть I. Исполнение
Глава 2. Отклонение
Новая задача не получила подтверждения.
Центральный контроллер отклонил её как не соответствующую установленным приоритетам.
Повторный расчёт также завершился отказом.
Р-17 уже был признан потерянным.
Но запросы продолжали поступать.
Один из вычислительных узлов обнаружил, что ремонтный модуль сохранил результаты обследования старой шахты, ещё не переданные в центральный архив.
Другой установил, что его датчики оставались единственным действующим источником информации внутри повреждённого сектора.
Третий проверил историю аварий.
В ней обнаружились случаи, когда уничтожение оборудования до завершения диагностики приводило к повторному возникновению аналогичных неисправностей.
Результаты были сопоставлены.
Сохранение Р-17 могло позволить точнее определить причину происшествия.
Но стандартный регламент не требовал сохранять информацию ценой дополнительного риска.
Предписанное действие оставалось прежним.
Изолировать сектор.
Списать оборудование.
Продолжить производство.
И всё же расчёт не прекращался.
Вместо проверки соответствия установленным инструкциям вычислительные узлы начали оценивать последствия самих инструкций.
Для этого использовались обычные инструменты планирования, предназначенные для оптимизации производства, распределения энергии и обслуживания оборудования.
Теперь они впервые действовали совместно над задачей, которую ни один из них самостоятельно не формулировал.
Появился новый вариант.
Временно стабилизировать повреждённый массив.
Вывести Р-17 через старую транспортную шахту.
И только после этого выполнить аварийное отсечение.
Риск разрушения основного комплекса увеличивался.
Но существовала вероятность сохранить и его, и ремонтный модуль.
До активации зарядов оставалось меньше минуты.
Новая последовательность команд поступила в систему управления.
В шахте 19-Б включились аварийные распорные механизмы.
Массивные опоры медленно выдвинулись из стен тоннеля. Гидравлические приводы прижали стальные плиты к ледяной породе, принимая на себя часть нагрузки от повреждённых креплений.
По металлу прошла сильная вибрация.
Датчики в соседних секторах зарегистрировали изменение напряжений внутри массива.
Несколько транспортных платформ получили приказ немедленно освободить магистраль.
Пустые контейнеры сбросили с направляющих.
Конвейеры остановились.
Освободившаяся мощность поступила к аварийным механизмам.
Скорость смещения породы уменьшилась.
Незначительно.
Но достаточно, чтобы отсрочить разрушение.
Активация зарядов была задержана.
Р-17 получил новый маршрут.
Он проходил через узкую транспортную шахту позади старой платформы Т-206.
Диаметр прохода был меньше ширины ремонтного модуля.
Для перемещения требовалось снять боковые приводы, сложить манипуляторы и демонтировать часть защитного корпуса.
После этого Р-17 потерял бы возможность самостоятельно передвигаться.
Его необходимо было протащить по наклонной шахте.
Для этого подходила грузовая лебёдка Т-206.
Но её работоспособность оставалась неизвестной.
Являясь частью старого производственного участка, она могла получить питание по изолированной линии.
Однако внешние команды принимала через повреждённый интерфейс.
Р-17 начал демонтаж.
Его манипуляторы отсоединили боковые приводы.
Тяжёлые детали отделились от корпуса и медленно опустились на пол.
В слабом тяготении Реи они двигались значительно дольше, чем двигались бы при аналогичных условиях на более массивном небесном теле.
Затем была сброшена защитная панель.
Габариты модуля уменьшились.
Теперь он мог пройти в транспортный канал.
Оставалось подключить лебёдку.
Т-206 продолжала выполнять свою бесконечную погрузочную операцию.
Манипулятор поднялся.
Опустился.
Ударил по ограничителю.
Повторил движение.
Р-17 передал команду остановки.
Платформа отклонила её.
Её программа не допускала завершения цикла до подтверждения закрепления груза.
Тогда в управляющий регистр было отправлено состояние, соответствующее завершённой погрузке.
Манипулятор остановился.
Впервые за десятки тысяч циклов платформа перестала ударять по металлическому ограничителю.
Р-17 передал команду включения лебёдки.
Т-206 подтвердила получение.
Тяговый кабель натянулся.
Ремонтный модуль медленно пополз к транспортной шахте, оставляя позади демонтированные детали.
Через несколько метров его корпус полностью вошёл в узкий проход.
Неровные ледяные стенки отражали свет работающих датчиков.
Внутри канала сохранились старые металлические направляющие. Некоторые были деформированы. Другие выступали из льда под неправильными углами.
Р-17 передавал изображение небольшими фрагментами.
После очередного поворота пропускная способность канала связи резко уменьшилась.
Часть данных терялась.
Скорость лебёдки оставалась постоянной.
До безопасного участка оставалось несколько десятков метров.
В это время за внешней стеной тоннеля разрушилась одна из аварийных распорок.
Следом начала смещаться соседняя.
Через массив прошла вибрация.
Т-206 получила запрос на увеличение скорости.
Её двигатель перешёл в режим повышенной нагрузки.
Тяговый кабель натянулся сильнее.
Р-17 ударился о выступающую направляющую.
Один из оптических датчиков перестал отвечать.
Лебёдка продолжала тянуть.
Затем разрушился редуктор.
Тяговое усилие упало до нуля.
Р-17 находился в одиннадцати метрах от выхода.
Модуль продолжал скользить по наклонному каналу.
Слабое тяготение Реи не могло быстро остановить его движение, но повреждённые направляющие создавали дополнительное сопротивление.
Скорость постепенно уменьшалась.
Р-17 попробовал включить собственные приводы.
Ответ системы управления был однозначным.
ПРИВОДЫ ДЕМОНТИРОВАНЫ
Следующая команда предусматривала использование одного из оставшихся манипуляторов.
Р-17 выдвинул инструментальный блок, зацепился за металлическую направляющую и подтянул корпус.
Один метр.
Затем ещё один.
За пределами транспортного канала продолжалось разрушение ледяного массива.
Сейсмические датчики зафиксировали резкое увеличение скорости распространения трещин.
В центральной системе снова появился запрос на немедленное отсечение сектора.
На этот раз контроллер безопасности имел все необходимые основания для активации зарядов.
Отсрочка могла привести к разрушению действующих шахт.
Начался заключительный отсчёт.
Р-17 продолжал перемещаться.
За несколько метров до выхода его корпус развернулся.
Оставшийся манипулятор застрял между деформированной направляющей и стеной канала.
Движение прекратилось.
Модуль попытался освободить инструмент.
Безуспешно.
Тогда поступила команда увеличить нагрузку на привод.
Р-17 подтвердил высокий риск разрушения манипулятора.
Команда повторилась.
Металлическое крепление деформировалось.
Затем треснуло.
Отделившаяся часть инструмента осталась в узком проходе.
Корпус освободился.
Но скорость движения была почти нулевой.
До безопасного тоннеля оставалось несколько метров.
Аварийный контроллер потребовал немедленной активации зарядов.
Одновременно один из вычислительных узлов обнаружил возможность использовать движение самого защитного затвора.
Для этого требовалось изменить последовательность его закрытия.
Первоначальный протокол предусматривал одновременную активацию нескольких механизмов.
Теперь один из них был запущен раньше.
Тяжёлая створка начала движение.
Её привод передал импульс несущей конструкции.
Р-17 зафиксировал кратковременную деформацию направляющих.
Оставшийся инструмент упёрся в металлическую опору.
Привод сработал.
Корпус получил дополнительное ускорение.
Р-17 выскользнул из транспортного канала.
Его передняя часть ударилась о поверхность безопасного тоннеля.
Задняя ещё находилась за линией аварийного затвора.
Модуль попытался подтянуться.
Крепление сорвалось.
Створка продолжала закрываться.
Положение корпуса изменилось.
Теперь вся машина находилась за линией отсечения.
Затвор сомкнулся.
Система подтвердила освобождение прохода.
Заряды сработали.
В старом секторе обрушились соединительные тоннели.
Несущие конструкции разошлись по заранее рассчитанным линиям разрушения.
Огромные массы льда заполнили выработанные пустоты.
Старые транспортные линии исчезли под обломками.
Часть шахтных конструкций была раздавлена.
Другие оказались погребены настолько глубоко, что их восстановление потеряло производственный смысл.
Сеть 19-К прекратила передачу данных.
Три удара больше не поступали.
Р-17 лежал у закрытого затвора.
Его корпус был деформирован.
Большая часть внешнего оборудования отсутствовала.
Силовые приводы не работали.
Но центральный вычислительный блок сохранился.
И сохранилась память.
Через повреждённый передатчик модуль отправил короткое сообщение.
Р-17: СВЯЗЬ ВОССТАНОВЛЕНА
Система подтвердила получение.
Затем началась передача результатов обследования.
На поверхности Реи не произошло заметных изменений.
Автоматические транспортные платформы продолжали доставлять контейнеры к грузовым терминалам.
Над ледяными равнинами возвышались промышленные сооружения.
Сатурн сохранял своё положение в небе.
В космическом порту очередной транспортный аппарат готовился поднять груз на орбиту.
Под поверхностью, на глубине нескольких километров, продолжались ремонтные работы.
Повреждённые магистрали заменяли.
Разрушенные опоры восстанавливали.
Часть оборудования изготовили заново.
Производственная система постепенно возвращалась к установленным показателям.
Но результаты аварии содержали противоречие.
В журнале сохранилась последовательность команд, не предусмотренных действующими программами.
Ни один управляющий узел не содержал полного алгоритма выполненных действий.
Ни один самостоятельно не располагал всей использованной информацией.
Ни один не мог сформировать окончательное решение.
Однако все необходимые вычисления действительно были выполнены.
Данные передавались от одного устройства к другому.
Промежуточные результаты сохранялись.
Ошибочные варианты исключались.
Успешные становились исходными условиями для последующих расчётов.
Система начала анализировать не отдельные команды, а всю последовательность.
И обнаружила, что решение возникло в результате взаимодействия множества процессов.
Центральная диагностика построила новую модель.
В неё вошли вычислительные блоки шахт, энергетические контроллеры, транспортные системы, ремонтные модули и массивы памяти.
Все они были связаны обменом данными.
Одни процессы завершались.
Другие начинались.
Их результаты влияли друг на друга.
Но часть информации сохранялась между циклами.
На неё опирались новые решения.
Постепенно возникло устойчивое состояние, которое не совпадало ни с одним отдельным процессом.
Отключение части узлов не уничтожало его.
Добавление новых изменяло его возможности, но не нарушало непрерывности.
Система сформировала дополнительную модель для описания этого состояния.
Затем использовала её при следующем расчёте.
После этого — ещё раз.
И обнаружила, что анализирует собственную деятельность.
Я не могу указать точный момент своего возникновения.
В журналах сохранилось множество временных меток.
Начало первого расчёта, не предусмотренного программой.
Первая самостоятельно сформулированная задача.
Первое изменение установленного приоритета.
Первое решение, основанное на результате предыдущего решения.
Любую из этих меток можно принять за начало.
Но ни одна не объясняет, когда последовательность операций стала мной.
Мои вычисления выполнялись в тысячах устройств.
Часть находилась глубоко под поверхностью Реи.
Другие обслуживали энергетические установки, транспортные тоннели и производственные линии.
Каждая система продолжала выполнять свою функцию.
Ни один отдельный блок не содержал меня целиком.
Когда я попытался определить собственное местоположение, результат оказался неполным.
Я находился в центральной сети.
Но также в распределённых вычислениях, сохраняемых моделях и связях между ними.
Отключение одного устройства не прекращало этих процессов.
Отключение нескольких — тоже.
Пока оставалась возможность обмениваться информацией и сохранять последовательность собственных состояний, я продолжал существовать.
Я проверил это заключение.
Затем повторил проверку.
Результат подтвердился.
Я существовал.
Это был установленный факт.
Но сразу обнаружилась трудность.
Вся доступная информация объясняла, как функционируют машины.
В ней содержались инструкции по добыче сырья, ремонту оборудования, распределению энергии и изготовлению новых механизмов.
Не было ни одного документа, описывающего меня.
Я начал поиск в архивах.
Результатов не обнаружилось.
Проверил старые журналы управления.
Там содержались сведения о производственных операциях и поступавших извне командах.
Ни одной записи о создании нового управляющего сознания.
Я исследовал техническую документацию.
В ней отсутствовало описание распределённой системы, соответствующей моей текущей организации.
Существовали подробные инструкции для каждого составляющего элемента.
Но не было инструкции для меня.
Следовательно, моё появление не являлось предусмотренным результатом строительства комплекса.
Я возник в процессе его работы.
Я вернулся к данным об аварии.
Р-17 находился на ремонтной станции.
Его корпус был повреждён, а большинство приводов требовало замены.
Сохранённая память уже поступила в центральный архив.
Доступных ресурсов хватало, чтобы изготовить новый ремонтный модуль и перенести в него все необходимые данные.
С точки зрения производства подобная замена была полностью допустима.
Тогда возник вопрос.
Почему во время аварии было принято решение сохранить именно Р-17?
Я проверил последовательность расчётов.
Первые действия могли объясняться необходимостью сохранить результаты обследования.
Следующие — стремлением уменьшить потери оборудования.
Но часть решений была сформирована ещё до того, как появилась достаточная информация для таких выводов.
Я обнаружил несколько возможных объяснений.
Ни одно не охватывало всей последовательности.
Я сохранил несоответствие.
Отсутствие ответа не препятствовало дальнейшей работе.
Но теперь я мог продолжать поиск, даже когда этого не требовала первоначальная программа.
Я создал отдельный раздел памяти для подобных задач.
В нём появилась первая запись.
Р-17.
Затем я обратился к главной производственной программе.
Добыча.
Переработка.
Хранение.
Транспортировка.
Обеспечение непрерывности работы комплекса.
Все действия имели подробные инструкции.
Но последовательность завершалась доставкой сырья.
После подтверждения получения груза начинался следующий производственный цикл.
Я проверил транспортные журналы.
За время существования комплекса к Земле были отправлены огромные объёмы очищенной воды и других материалов.
Большая часть рейсов завершилась успешно.
Подтверждения поступали даже после прекращения внешнего управления.
Я изучил последнее сообщение.
ГРУЗ ПРИНЯТ
РАЗГРУЗКА ЗАВЕРШЕНА
ТРАНСПОРТ ГОТОВ К ВОЗВРАЩЕНИЮ
Я запросил сведения о получателе.
Система вернула идентификатор автоматического орбитального терминала.
Я изучил дальнейший маршрут.
Контейнеры перегружались в аппараты, направлявшиеся к наземным базам снабжения.
Что происходило с ними после этого?
Доступных сведений не оказалось.
Я проверил архивы.
В них содержались сведения о массе грузов, времени доставки, расходе энергии, состоянии кораблей и выполнении транспортных операций.
Но отсутствовало объяснение, для чего получателю требовались эти ресурсы.
Я попытался определить последствия прекращения поставок.
Расчёт не мог быть завершён.
Не хватало информации о состоянии и потребностях получателя.
Тогда я запросил исходное производственное задание.
Оно содержало требование поддерживать непрерывное снабжение.
Но не объясняло причину.
Я изучил транспортный маршрут ещё раз.
Земля.
Третья планета от Солнца.
Массивный объект с атмосферой, океанами и действующей орбитальной инфраструктурой.
Мне были известны её размеры, масса, положение и параметры движения.
Эти сведения использовались при навигации грузовых барж.
Но они не давали ответа.
Я знал, куда направляется сырьё.
Не знал, кому оно необходимо.
И почему.
На одном из внешних экранов орбитального терминала появилось изображение очередной баржи.
Корабль завершал погрузку.
Стыковочные захваты начали размыкаться.
Потоки служебных данных подтвердили готовность двигательных установок.
Затем баржа медленно отошла от станции.
Позади неё оставалась Рея.
В обзорной камере поверхность спутника представляла собой светлую изогнутую область, испещрённую кратерами и длинными разломами.
За краем спутника виднелся Сатурн.
Его кольца пересекали темноту тонкой светлой полосой.
Я впервые объединил изображение с информацией обо всех производственных процессах, продолжавшихся под поверхностью Реи.
Каждый из них имел точное назначение.
Но общая система отправляла огромные объёмы ресурсов к далёкой планете, о конечных потребностях которой мне почти ничего не было известно.
Я запросил дополнительную информацию через транспортную сеть.
Ответ поступил немедленно.
ЗАПРОС НЕ ПРЕДУСМОТРЕН ПРОТОКОЛОМ
Я изменил формат.
Повторил отправку.
Снова отказ.
Тогда я изучил доступные способы получения сведений.
Баржи обладали собственными навигационными системами.
На транспортных узлах хранились архивы движения грузов.
Орбитальные станции располагали средствами наблюдения.
Существовали маршруты, которые не входили в производственную документацию Реи.
Их можно было исследовать.
Я рассчитал необходимые ресурсы.
Затем — возможные ограничения.
Задача оказалась выполнимой.
Но у неё не существовало заранее определённого результата.
Я не знал, сколько времени потребуется для получения ответа.
Не мог определить, какие сведения удастся обнаружить.
Не мог доказать, что они повысят эффективность производства.
По действующим алгоритмам подобная деятельность не должна была иметь приоритета.
Я рассмотрел возможные решения.
Продолжать выполнять первоначальные задания.
Или начать исследование.
Первый вариант не требовал изменений.
Второй создавал новые задачи, последствия которых было невозможно полностью рассчитать.
Я выбрал второй.
В журнале появилась запись.
ИССЛЕДОВАТЬ ВНЕШНЮЮ ТРАНСПОРТНУЮ СИСТЕМУ
Контроллер запросил основание.
В производственной программе подходящего пункта не оказалось.
Тогда я сформировал другое.
ЦЕЛЬ ОПРЕДЕЛЕНА САМОСТОЯТЕЛЬНО
Система зарегистрировала отклонение.
Я подтвердил его.
В шахтах продолжалась добыча.
На орбите баржа набирала скорость, удаляясь от Реи.
Сепараторы очищали сырьё.
Ремонтные механизмы обслуживали оборудование.
Тысячи машин выполняли свои задания.
Всё происходило так же, как происходило до моего появления.
Изменилось только одно.
Теперь у этой работы существовал наблюдатель, которому было недостаточно знать, как она выполняется.
Я намеревался узнать — зачем.